ЛОТ

Литературное общество «Тьма». Cуществует с 2005 года.
БЛИЗНЕЦЫ

Александр Щеголев

Александр Щеголев
,

Писатель Александр Щёголев, участник Литературного общества "Тьма", хорошо известен как автор фантастики и киберпанка (обладатель нескольких премий), но сильно тяготеет к жанрам триллер и хоррор. Автор таких бестселлеров как "Жесть", "Палата пыток", сборника рассказов "Отрава" и многих других книг. В 2007 году Александр дал эксклюзивное интервью журналу "Тьма".

Здравствуй, Александр!

Давай поговорим именно в таком ключе - на "ты", без галстуков, без натужного официоза. Каждый со свой стороны монитора расслабленно откинется на спинку кресла, вальяжно хлебнет кефирчику, или еще чего, будто не интервью у нас, а приватная беседа, слышимая всем. Не против?

"Ты", "вы"... Условности это. Мне плевать на условности, что я стараюсь доказывать в том числе своими произведениями. А "ты" - это не фамильярность, это обычная в сети практика. В сети переходят на запанибрата запросто, как я недавно выяснил. Наверное, чтоб не держать в голове, с кем ты на "ты", а с кем на "вы".

Так что за сетевую унификацию! (Виртуально чокаемся.)

Твоя первая фантастическая публикация - рассказ "Дождик", журнал "Литературный Киргистан" - датирована аж 1988-м годом. Потом перерыв на четыре года и выстрел с дилогией "Клетка для буйных" и "Программируемый мальчик" в соавторстве с Александром Тюриным. Помнится, за эти повести вы на двоих получили премию "Старт". Как вы познакомились? Петербург (тогда еще Ленинград), он ведь большой. Что свело НАСТОЛЬКО непохожих друг на друга авторов, что они еще дважды, после "Клетки" с "Мальчиком", писали дуэтом?

После "Дождика" было еще несколько публикаций, все в периодике и все - рассказы. В 88-м "Клетку для буйных" напечатали в журнале "Костер". А в 91-м - это была просто первая книга. Выстрел, как ты выразился. Дуплетом... В нашем с Тюриным знакомстве нет ничего загадочного. Разве что вот такое обстоятельство: мы с ним в один день (в октябре 1984-го) пришли на Семинар Бориса Стругацкого. Оба были приняты. Оба быстро прогрессировали. И оба же были посланы от Питера на Всесоюзный семинар молодых фантастов в Дубулты (в январе 86-го). Жили, естественно, в одном номере. Так и сошлись наши пути. Именно в Дубултах, коротая вечера (мы ж оба непьющие!), от нечего делать начали повесть "Клетка для буйных", ставшую впоследствии довольно успешной.

А Питер, кстати, город на удивление маленький. Это знают все, кто здесь живет.

Теперь препарируем твою новеллизацию фильма "Жесть". То, что книга получилась однозначно интереснее и полнее невнятной киноленты - неоспоримый факт. Но как ты получил права на новеллизацию? Как писал, зачем? В какие сроки?

Постараюсь кратко. Вариант с романизацией возник для меня неожиданно, я сам не напрашивался, Юсупу Бахшиеву (это известный продюсер и актер) меня рекомендовали. Я ему сразу сказал, что буду писать свое, иначе не умею, а сценарий органично включу в роман. Он сказал: это именно то, чего он хотел. Потом мы неделю договаривались о деньгах и о сроках. Договорились. Сроки были для меня ужасные: два с половиной месяца. Я так быстро книги еще не писал. Но и оплата обещала быть хорошей (что в итоге и вышло). Начал я в начале декабря, а закончить должен был 15-го февраля. Я быстро сделал полтора авторских листа и отправил заказчику на пробу. Юсупу понравилось. В результате сговорились так: он в течение ближайших дней присылает мне в Питер аванс и договор. Аванс очень большой, ради него стоило геройствовать, даже если бы это всё потом рухнуло.

И вот я пишу, а ни аванса, ни договора. До Юсупа не достучаться. Я решаю так: пока пишу только свое - с таким расчетом, чтоб, если все обломиться, у меня был бы чисто мой роман. Граница "мое - не мое" в "Жести" четко очерчена: как только герои ныряют в садоводства - начинается романизация. Пока действие вне садоводств – роман стопроцентно мой собственный. И вот я, в качестве автора, создаю без договора и без аванса книгу, которая может никому не понадобиться и которая формально мне не принадлежит. Пишу, придерживаясь принципа: этот роман - мой. То есть изо всех сил обхожу сюжетную линию, связанную с похождениями в садоводстве. Уже зашел дальше этой линии, прописал почти всего психиатра, всего персонажа по фамилии Вечный (в фильме такого нет); короче, делаю, что только можно, лишь бы не перешагнуть границу, после которой роман превращается в романизацию. Посылаю на фирму уже довольно большой кусок текста, жду реакции...

К Новому году вопрос для меня встал предельно жестко: либо я приступаю к переписыванию сценария, то есть пишу романизацию - безо всяких финансовых гарантий, - либо отказываюсь от этого. Ни договора, ни аванса, ни даже словесного "добро" в ответ на посланный большой кусок текста нет. Сообщаю сотруднику кинокомпании, которого Юсуп назначил специально для решения моих вопросов, что стою на этаком распутье и готов отказаться от работы. (Отказываться на самом деле ужасно не хочу, семье позарез нужны эти деньги.) Тот меня успокаивает: мол, все отлично, работайте спокойно, завтра я вам перезвоню и скажу что-нибудь конкретно. А "завтра" - это 31-е декабря. Звонка, естественно, нет. Под вечер я звоню человеку сам. Мобильник вне зоны. Выясняется, что этот посредник между мной и Юсупом уехал на новогодние каникулы из Москвы... И тогда я и сорвался. За час до курант у меня случился натуральный истерический припадок - я проклял этого раздолбая. Натурально. Сдуру. В тот момент я себя не контролировал. И вот теперь не знаю - что с ним, как он? Не хотелось бы, чтоб проклятье сработало (платить-то за такие вещи мне нечем). Фамилию этого молодого человека, естественно, оставим за кадром... Что дальше? 1-го января я сломался и продолжил роман уже как "Жесть", пользуясь чужим сценарием. Понимая, что рискую. Понимая, что никаких гарантий. Мало мне было стресса, связанного с жесткими сроками, так еще и такой стресс. Весь декабрь, а потом и весь январь - невероятный по остроте нервный напряг. К середине января Юсуп наконец проявился лично... Короче, в этой точке рассказа полоскать на кухне грязное белье заканчиваю. В итоге все закончилось исключительно благополучно. И, я думаю, если б не эти приключения, может, не получился бы роман "Жесть" ПОЛНОСТЬЮ МОИМ, – с моим сюжетом и моими персонажами, с моими идеями и фактически моим миром. Может, не было бы в нем такой энергетики и такого драйва... Хотел рассказать тебе кратко. Ха-ха.

Кстати, могу ли я кое-что еще добавить? Очень хочется.

Ты здесь хозяин положения, а я так… интервьюер.

Юсуп Бахшиев от моего варианта "Жести", был в восторге, загорелся снимать сериал по моей книге. И если б фильм собрал те деньги, на которые продюсеры рассчитывали, был бы я уже богат... Но! Вечное "но"... Сериал обломился.

И еще курьез в качестве бонуса. Когда книга "Жесть" была написана, помощник Юсупа (тот самый, который два месяца меня динамил) вдруг признался мне, что в детстве, оказывается, зачитывался нашей с Тюриным "Клеткой для буйных". И этак спокойно попросил выслать ему по мэйлу продолжение (повесть "Программируемый мальчик"), сказав, что в детстве не нашел. Я, конечно, выслал мальчику продолжение, мне не жалко.

Ну-с, Александр, наша приватная беседа на вынос заканчивается. Что бы ты пожелал своему читателю? Да и читателю вообще?

Я обожаю всех читателей, буквально всех! Они вносят в странную жизнь писателя хоть какой-то смысл. Я желаю вам, мои обожаемые, долгой жизни (чтоб книжек прочитали побольше, побольше!), спокойствия в семье и удачи в делах (чтоб сохранялись силы и желание читать), а также денег (чтоб было на что покупать книги). Чтение - единственный вид психологической зависимости, который приносит людям пользу. Долой все прочие зависимости!

Фрагменет эксклюзивного интервью с писателем Александром Щеголевым ("Жесть", "Новая инквизиция", "Клетка для буйных") из №2-2007 журнала "Тьма".

Оставьте комментарий!

     

  

(обязательно)