ЛОТ

Литературное общество «Тьма». Cуществует с 2005 года.
Зона ужаса

Аннабель Ли и Анна Шевченко

Аннабель Ли и Анна Шевченко
, , ,

В третьем номере журнала "Тьма" за 2007 год вы можете прочитать "двойное интервью", которое мы взяли у Аннабель Ли и Анны Шевченко - двух девушек, которые по собственной инициативе занимаются (сам)издательской деятельностью и уделяют в этой сфере первоочередное внимание жанру ужасов и мистики. Аннабель Ли долгое время занималась самиздатовским даркзином "Ноктюрн", а Анна Шевченко - редактор литературного сайта Horror World.

Дорогие дамы, мне хотелось бы поговорить с вами о том жанре, который все мы любим и ценим и в меру наших сил пытаемся развивать. И немалую роль в этом играют фэнзины, даркзины и другие тому подобные неофициальные издания. На Западе электронным журналом ужасов, равно как и печатным изданием такого рода уже никого не удивишь, а у нас подобное до сих пор если не нонсенс, то весьма необычное дело. Однако же появляются «Ноктюрн», «Тьма», «Horror World»… Значит ли это, что ситуация меняется к лучшему?

Аннабель Ли: Очень хотелось бы на это надеяться. Во всяком случае, в наших силах повлиять на сложившуюся обстановку. Если мы будем своим примером доказывать, что в нашей стране есть спрос на темную литературу, что люди интересуются жанром ужаса, что в России много талантливой пишущей молодёжи, то, думается, даркзинов со временем будет становиться всё больше и больше. Убедилась на собственном опыте, что желающих заниматься темными проектами, в т.ч. литературными, достаточно, но многие люди боятся рисковать, боятся трудностей. Проекты «Ноктюрн», «Тьма», «Horror World» должны явиться примером для тех, кто хотел бы содействовать развитию темной литературы и культуры в целом, но не верит в свои силы. Спрос на сверхъестественное, на мистику и хоррор всегда был и будет, главное, - любить литературу и не бояться препятствий в деле издания подобных сборников.

Анна Шевченко: Думаю, да. Во все времена и у всех народов существовали сказки, мифы, легенды, которые теперь можно отнести к жанру хоррор. Ими интересовались, они передавались из уст в уста, из поколений в поколения, и только в последнее столетие сформировались как жанр. В давние времена эти рассказы были призваны дать хоть какое-то объяснение неизвестным явлениям, в наше же время – восполнить нехватку адреналина. Благодаря продвижению науки, почти не осталось необъяснимого, жизнь стала более спокойной, и в результате всё большую популярность стали приобретать «ужастики». Более предприимчивый Запад, увидев в издании подобных вещей выгоду, занялся этим вплотную. У нас, в силу исторических событий, жанр хоррор остался на уровне устного народного творчества. И хотя в последнее время стали выпускаться книги российских писателей в этом жанре, инерционность нашего мышления даёт плоды. Очень мало таких писателей, и практически нет издательств, посвящённых целиком и полностью «тёмному» жанру. Поэтому появление ресурсов «тёмной» направленности, на мой взгляд, первый и очень важный шаг к развитию жанра хоррор в России наряду с классикой, публицистикой и т.д.

Мне нынешнее состояние культуры ужасов в Восточной Европе кажется похожим на то, в котором она находилась в США во время Лавкрафта. Америка переживала период экономического кризиса, когда обывателям было не до чтения мрачных, пугающих историй. Авторы той легендарной поры зачастую работали за ничтожное вознаграждение, а то и бесплатно. Отдельные энтузиасты за свой счет издавали мизерными тиражами дешевые журналы… и публиковали друг друга в этих полулюбительских изданиях. Каково вам – ощущать себя в роли первопроходцев?

А.Ш.: Скажем так, тяжело. Хоррор в нашей стране недостаточно развит, очень мало наработок в этой области, а читатель довольно скептически относится к подобным изданиям. Плюс, сейчас вообще мало читающего населения. Обыватель предпочитает телевизор, причём не захватывающую дух мистику или ужасы, а сериалы, ток-шоу, боевики, которые не требуют понимания. В таких программах всё разжёвано до тошноты, их можно смотреть, не напрягая мозги. А те, кто ещё умеет читать, предпочитают дамские романы. В таких условиях трудно привлечь авторов и читателей, желающих вникнуть, вдуматься в сюжет. И если американцы в своё время почти не читали ужасов по причине их наличия в повседневной жизни, то россияне не читают сейчас по причине размягчения мозгов. И это очень расстраивает.

А.Л.: Действительно, в наше время обыватель предпочтет серьезным историям с глубоким смыслом чтение дешевого детектива или разглядывание «гламурного» журнала. Печально, что люди разучиваются думать, чувствовать, сопереживать, что потребительский стиль жизни овладевает сознанием всё большего количества наших современников. Но, как ни парадоксально, в данной ситуации есть один существенный плюс: она порождает сильный ответный протест. Недовольные засилием массовой культуры объединяются вместе и решают создать альтернативу, хотя бы и в виде малотиражных любительских журналов. Да, я признаю, что наше издание пользуется популярностью в узком кругу людей, что оно, возможно, никогда не станет полноценным глянцевым журналом, но для нас главное – дать возможность быть услышанным тем, кого не принимают в Союзах Писателей, кого не печатают в «обычных» газетах. Слова благодарности от авторов и читателей стоят кропотливого труда и потраченного времени. Конечно, порой бывает трудно, сказывается недостаток материальных средств, но я верю, что со временем и эта проблема решится.

Потом кризис завершился, ситуация на некоторое время стабилизировалась, что позволило жанру встать на ноги, утвердится. На ваш взгляд, мы уже начинаем путь к успеху или же призрак читательского признания лишь маячит где-то далеко впереди?

А.Л.: Честно говоря, мне трудно ответить на этот вопрос, потому что я не знаю, что считать кризисом, а что – успехом… Если говорить о таких глобальных вещах, как уменьшение у населения России интереса к чтению вообще – да, это упадок, если же говорить о нашем фэнзине, то ситуация несколько иная. Для меня большим успехом было уже то, что моя идея нашла отклик в сердцах окружающих, причем не только в Омске: проектом заинтересовались в других городах России и СНГ. Я рада, что у «Ноктюрна» есть постоянные читатели, что тираж каждого последующего номера увеличивается, рада, что работает сайт, который посещают десятки человек… Я не могла и мечтать о подобном внимании к «Ноктюрну», изначально он планировался как небольшой сборник поэзии и прозы «для своих», который будет распространяться среди друзей-знакомых. Поэтому считаю большим достижением то, что «Ноктюрн» вышел на свой нынешний уровень. И это не предел: было бы желание и возможность.

А.Ш.: То, что поклонники «тёмного» жанра находят друг друга, собираются в своеобразные сетевые кружки, уже, как мне кажется, шаг к признанию. Ведь большинство популярных течений начиналось именно с таких маленьких собраний, кружков по интересам. Конечно, впереди ещё много работы, успехов и разочарований, но сам факт появления тематических ресурсов, работающих друг с другом, обнадёживает.

Авторам темного жанра часто задают вопрос – почему вы это пишите? Интересно, а что ответят в вашем лице редактора на вопрос «почему вы это публикуете?»

А.Ш.: Сколько людей, столько и мнений. Я буквально зачитываюсь книгами, относящимися к жанру хоррор. И, честно признаюсь, мне захотелось быть причастной к развитию этого жанра, поделиться с людьми творениями перспективных, никому неизвестных авторов. Но и немалую роль здесь сыграла гордыня. Быть в числе первопроходцев, развиваться вместе с жанром…

А.Л.: Потому что я люблю темную литературу, потому что сама пишу в силе дарк и знаю, как трудно опубликовать где-то свои произведения. Потому что я испытываю несказанное удовольствие, находя очередной талант, мне нравится им помогать, давать возможность быть услышанными. В конце концов, хочу надеяться, что я хоть немного содействую развитию темной литературы в целом.

Вы ведь и сами занимаетесь литературным творчеством. Как представителю мужской, френетической ветви жанра, мне всегда было любопытно, как в эту литературу приходят представительницы прекрасной половины человечества. Что вас привлекло в столь мрачные, дикие, нехоженые места?

А.Л.: Почему же нехоженые? Среди темных авторов много женщин, вспомнить хотя бы Анну Радклиф, Мэри Шелли, Анну Райс, Эмилию Бронте… Мне совсем не кажется необычным то, что женщины пишут в стиле дарк. Что касается лично меня, то произведения отражают моё мировоззрение, мой взгляд на происходящие события, мои мечты. Писать в стиле дарк не было для меня самоцелью, я писала по велению души, узнав о готике уже полгода спустя.

А.Ш.: Наверное, возможность воплотить фантазии: быть ведьмой, сверхчеловеком, бродить там, где никто никогда не был. Я с детства придумывала разные истории, играла роли своих героев, и каждый раз разные. В конце концов, я решилась перенести свои выдумки на бумагу. А почему меня посещали именно такие фантазии, а не о принце на белом коне, я и себе ответить не смогу. Всегда привлекало что-то мистическое, нереальное, подчас даже и страшное.

Ваше понимание жанра. В чем его своеобычность и главная ценность, на ваш взгляд?

А.Л.: Главная ценность жанра, на мой взгляд, - это его демократичность, возможность изображать те чувства и события, которые не приемлемы в «обычной» литературе. «Темный» жанр не боится страшной реальности, сверхъестественного, непонятного, не налагает на автора строгих рамок.

А.Ш.: Ну, в первую очередь, это ужасы, мистика, а также частично фэнтэзи, триллеры, сюда же можно отнести готику, ибо как жанр она выродилась и стала скорее ответвлением хоррора. Словом, всё, что будоражит кровь, пугает, ведёт за собой в неизведанные миры, к колдовству и сверхвозможностям, всё это и есть «тёмный» жанр, довольно серьёзный, надо сказать. С бухты-барахты читать сложно. Чтобы понять и полюбить нужно вдумываться, понимать, и, что немаловажно, иметь хорошую фантазию. Хоррор как бы объединил всё лучшее, яркое, страстное из других жанров: лирику – из любовных романов, запутанные сюжеты – из детективов, супергероев – из боевиков, сверхвозможности и невероятные события – из фантастики, чем и привлекает к себе.

Если бы я попросил назвать одно имя, одного автора, чьи произведения оказали на вас лично и на хоррор в целом наибольшее влияние – какое имя бы прозвучало?

А.Ш.: Как это ни банально прозвучит – Говард Лавкрафт. Это действительно выдающийся автор. Он не только вывел жанр из тупика, но и дал материал для творчества громадному количеству последователей.

А.Л.: Несомненно, Эдгар По. Это имя просто вне конкуренции. Величайший мастер слова, уважаю его и как личность. Кстати, именно прочтение его биографии, его постоянные мечты об издательстве литературного журнала подтолкнули меня на мысль о создании даркзина.

En fin, по традиции, хотелось бы передать ваши пожелания тем людям (и не совсем людям), которые сейчас читают этот номер журнала.

А.Ш.: Хочется поблагодарить коллег, в частности литературное объединение "Тьма" за внимание, авторов, чьи произведения дают жизнь сайту; сказать огромное спасибо техническому администратору Horror World Крутякову Илье за его титанический труд. И пожелать всем успехов, полёта мысли и богатой фантазии, а сайтам – хорошей посещаемости и благодарных читателей. Отдельное спасибо читателям! Без вас наш труд не имеет смысла. Хорошего всем настроения!

А.Л.: Дорогие друзья, никогда не бойтесь быть самими собой, верьте, рискуйте, ищите свой путь. Будьте счастливы, любимы, не забывайте читать и творить хорошую литературу!

Полностью интервью читайте в PDF-журнале "Тьма", №3-2007.

Оставьте комментарий!

     

  

(обязательно)