Ампутация

Худощавый мужчина в черном костюме вышел у него из-за спины.

- Привет, Ваня, - усмехнулся незнакомец.

- Вообще-то меня зовут Феликс, - с подозрением глянул на него старик. Мысленно он при этом перебирал все возможные варианты и причины появления здесь, в закрытом изнутри подвале его домовладения, этого странного субъекта.

- Ну, при крещении-то у тебя другое имя было. Впрочем, Феликс так Феликс, нам без разницы, - человек вышел на середину помещения и со скучающим видом потер носком лакированной черной туфли краешек шестиконечной звезды-пентаграммы, старательно нарисованной Феликсом мелом на полу. – Я и не думал, что кто-то до сих пор верит в возможность такого вызова. Хе!

До Феликса начало помаленьку доходить.

- Так значит…

- Умница! - рассмеялся дьявол, - какой смышленый старичок! Только неужели ты думаешь, что силу, подобную нашей, можно удержать в каких-то рамках… Тем более, обозначенных мелом?

- Но слова, книги…

- Не больше чем книги и слова. И все. – Дьявол удобно устроился прямо в воздухе, как будто развалился в мягком кресле, и даже ногу на ногу закинул. – Однако мы отвлеклись. Как бы там ни было, я здесь, перед тобой, и готов выслушать твое предложение.

Феликс задумался. Что ни говорите, а не каждый же день с посланцами ада встречаешься, тут следовало быть осторожнее со словами и избегать всяческой неясности в речи.

- Предложение? – переспросил он.

- Ну да. «Сделка», как это обычно в литературе называют. Ты мне – я тебе и все такое. Итак, твое предложение?

Внутри у Феликса похолодело. Неужели так просто? Столько лет он стремился к заветной цели, изучил тонны старинных пергаментов, якшался с лжепровидцами и лжемагами, чтобы вот сейчас, потратив несколько минут, достичь желаемого?

- Я хочу бессмертия, - выдохнул старик. А затем продолжил скороговоркой:

- Нормального бессмертия без всяких там закавык вроде превращения из человека в камень или там произведение искусства, здорового человеческого бессмертия, чтобы можно было жить и получать удовольствие от жизни…

- Ага, ага, ага, - скучающе покивал дьявол. – Что еще?

Феликс облизнул тонкие губы.

- Ну, естественно, я бы хотел иметь возможность пользоваться этим… даром на свое усмотрение.

- Само собой… Как насчет рака? Избавить тебя от него, Ва… э-э-э, Феликс? А то ведь будешь вечно с вечной же болезнью мучаться.

- Рак?!

Дьявол усмехнулся.

- Ну да, все по-честному. Ты вот не знал об этом, хотя в твоем возрасте пора бы уже и задуматься. Бессмертие с избавлением от всех возможных и невозможных болезней, как тебе такое уточнение?

- Конечно! И физические повреждения…

- Если тебе оторвет голову, тут же вырастет новая, абсолютно такая же. Ты не почувствуешь особой боли и на твоем рассудке или памяти это никак не скажется.

- Было бы здорово…

- Нет проблем, договорились, - гость лениво зевнул.

- Но… - Феликс снова вспомнил о том, что в беседе с сатаной надо быть повнимательнее со своими словами. – Но ведь должна же быть какая-то хитрость? Что вам надо в обмен?

- Все тоже самое, что и всегда – твоя душа.

- Но как же ты ее получишь, если я никогда не умру?

- Да я могу ее забрать прямо сейчас, какие дела? Никто еще не жаловался на отсутствие души, а ты бы меньше верил в сказки про Фауста и прочих. Ерунда это все.

- Да как же…

- Да просто. Что есть душа? Ты с последними исследованиями в этой области знаком? – Дьявол поднялся со своего невидимого сиденья и принялся рассуждать, бродя по подвалу, - Душа это аппендикс, человеку вовсе не нужный, тем более тебе. Душа бессмертна, что правда то правда, но представляет она из себя что-то вроде выжимки. В ней нет ни твоего «я», ни твоей памяти, ни твоих чувств, она просто перерождается из одной оболочки в другую. На самом деле, - он многозначительно поднял указательный палец, - души представляют для наших организаций интерес сугубо как своего рода валюта. Согласно принятой традиции, все дела между низом и верхом решаются на основании определенных операций с душами. Вам же, людям, на это абсолютно наплевать, ведь вам не интересно, что происходит с вашими членами, если их ампутирует хирург?

- То есть эта вечная жизнь…

- Правильно! Не зависит от твоей души! Ты будешь одним из немногих, кто реально бессмертен, в отличие от тысяч фанатиков, надеющихся на мифическое возрождение после смерти и не осознающих, что возрождены будут не они сами, а их души, очень и очень слабо связанные с их личностным «я».

Феликс несколько минут молчал.

- А кто еще?.. – наконец спросил он, уже почти решившись.

- Есть несколько человек. Но думаю, с каждым годом таких будет все больше, благодаря интеллектуальному росту масс. Итак, твое решение?..

- А, ладно! По рукам, - махнул старик, - если все действительно как ты говоришь…

- Не сомневайся. Репутацию нам подпортили идеологи средних веков и Возрождения, но на самом деле организация дает стопроцентную гарантию выполнения своих обязательств. Дело за малым – сейчас я заберу твою душу.

- Все-таки непривычно как-то…

- Не надо бояться, это совсем не больно. Оп! Вот и она, - в руках у дьявола появилась небольшая пробирка с какой-то мутной жидкостью. – Несколько грамм твоей души. Не чувствуешь себя легче?

Феликс прислушался к внутренним ощущениям организма.

- Да вроде нет.

- Что и требовалось доказать. Я ж говорю: аппендикс. Ну, бывай! – человек в черном подмигнул и исчез.

…Спустя несколько лет, помолодевший и окрепший физически Феликс, в освещенном флуоресцентными лампами подвале своего нового роскошного дома, в поте лица пытался повторить комбинацию с пентаграммой и заклинаниями.

- В чем дело? – немного раздраженно поинтересовался у него дьявол, возникнув откуда-то сбоку.

Феликс рванулся к нему, норовя схватить мускулистыми руками за грудки.

- Обман! Что ты сделал со мной?! Мне так плохо!

- О чем ты, Ваня? Прости, запамятовал… О чем ты, Феликс?

- Меня сосет, гложет, мучает!..

- Мучает что? У тебя что-то болит? Руки, ноги, или сердце пошаливает?

- Да нет же!.. Не знаю, что.

- И я не знаю. Прекрасно выглядишь, не болеешь, недомоганий нет. Что тебе мешает наслаждаться жизнью, не понимаю.

- Душа!

Дьявол выглядел озадаченным.

- Какая душа? Ее у тебя давным-давно как нет, приятель.

- Но она же болит! Я же чувствую!

- Подожди, счас посмотрим… - дьявол прикрыл глаза на мгновение. А когда открыл их вновь, его губы растянулись в улыбке. – Даже не знаю, что тебе и сказать…

- Правду! На этот раз – правду!

- Да я тебе никогда и не врал. Изучив кое-какую медицинскую информацию, могу только лишь высказать предположение, к нашему делу отношения не имеющее никакого…

- Говори!

Дьявол растеряно почесал затылок.

- Ну, видишь ли, души у тебя нет, как мы и договаривались. Если помнишь, я ее успешно тебе ампутировал.

- Но что же тогда?..

- Странный феномен! Не более, чем случайность: то, что ты испытываешь, называется «фантомные боли».

- Как это?

- Бывает, что человек теряет ногу или руку, но ему кажется, что они у него есть, он чувствует, как удаленный орган болит, слышал о таком? Вот и у тебя душа болит, как тебе кажется, хотя ее у тебя уже и нет.

- Черт! – выругался Феликс.

- Дьявол, - поправил его собеседник. – В общем, согласись, предусмотреть такое невозможно. И в любом случае тут я уже тебе ничем не могу помочь. Быть может, со временем, эти боли исчезнут сами по себе… хотя вряд ли.

И он растаял.

Испытывая чувство невероятной горечи и опустошения, Феликс поднялся в дом. Роскошная обстановка, дорогая аппаратура, мебель, картины на стенах – ничто не радовало его. Ему было тошно и горько, и даже покончить жизнь самоубийством он теперь не мог, как ему этого не хотелось. Он думал о детях, которые веселятся, не зная беды, о законах мироздания, странных и несправедливых. Душа, которой у него уже не было, отчаянно болела.

И впереди его ждала Вечность.